November 17th, 2006

chronicles of madness

Русская культурная традиция в действии...

http://www.inosmi.ru/translation/231124.html - Мишо идет обратно с покаянной головой.

...ибо за него, дурака, просят и делают подарки старшие товарищи:
http://www.regnum.ru/news/737317.html
http://www.lenta.ru/news/2006/07/15/months/

Ну... пока все идет по обещанному плану (http://texconten.livejournal.com/32617.html).

Мишо громко плачет, просит за себя, болезного, Штаты - те морщатся, но уступают России, чтоб не мучила маленьких.

Зачем России вступление в ВТО - это большой вопрос (оно, по сути, нахер не нужно, но необычайно приятно Грефу, так что Россия туда наверняка вступит, причем на каких-нибудь безумных условиях, а выполнять их хамски не будет).

Теперь Россия, по логике событий, должна чего-нибудь отменить - ну там, поезд запустить в Тбилиси или переводы обратно разрешить. Ворам собственность, понятно, не вернут (что съедено, то съедено), но грузинские рестораны могут и оставить в покое. Пока еще чего-нибудь от Штатов не понадобится.

Побачимо дальше.
entertainment

Йесссс!!!

Спионерил у И. Кошкина, у которого нет ЖЖ и который пишет в http://www.vif2ne.ru

Про новый фильм "О казахах"

По городу шел казах. Самый обычный казах - невысокий, широкоплечий и широколицый, с узкими глазами и слегка кривыми ногами. Кривые ноги никогда не напрягали казаха, в его профессии это не имело значения, к тому же так удобнее сидеть на коне, а казах любил покататься на коне, когда приезжал из города в короткий отпуск в дедушкин аил.

Казах был программистом. Обычным программистом, скорее даже кодером, но платили неплохо, на жизнь хватало, более того, он даже мог поддерживать родителей, что вышли на пенсию и теперь жили в маленькой квартирке на окраине Алма-Аты. Дедушки и бабушки звали их к себе, но папа и мама вежливо отговаривались тем, что между кочевьями родителей папы и родителей мамы - восемьсот километров, а поехать к кому-то одному - невежливо. Впрочем, какзх полагал, что папе и маме просто больше нравится в городе. ему самому тоже больше нравилось в городе, хотя отпуск он всегда проводил в степи.

Итак, в пятничный вечер молодой тридцатилетний казах шел к себе домой.

"Эй!" - раздался чей-то голос. Голос доносился из-за широкой казахской спины.
"Да?" - вежливо обернулся казах.

Перед ним стоял высокий худой человек со странными усами и шевелюрой. Из одежды на человеке был только зеленый купальник.

"Гомосексуалист, наверное," - подумал казах. Он не любил гомосексуалистов и втайне разделял мнение своего дедушки, героя труда и ветерана войны Акжол-бия. Дедушка Акжол-бий любил по вечерам посмотреть телевизор, но когда на экране появлялся очередной певец-гомосексуалист (казах в последнее время начал думать, что на эстраде выступают только гомосексуалисты), дедушка закрывал глаза и громко вздыхал. А потом говорил, что если бы такой нехороший человек попался бы им в 1941 году под Москвой, они бы привязали одну его ногу к танку уважаемого генерала Катукова, а другую ногу - к другому танку уважаемого генерала Катукова. После этого уважаемый генерал Катуков приказал одному танку ехать направо, а другому налево. Впрочем, дедушка был в этом отношении экстремистом...

Впрочем, до сих пор гомосексуалисты ему не встречались, и он всегла ходил домой по правой стороне улицы - там было больше тени. Сейчас казах с некоторой опаской и удивлением рассматривал гомосексуалиста, лихорадочно прикидывая, как поступить в такой ситуации, в конце концов, незнакомец первым обратился к нему, и не ответить было бы не вежливо.

- Здравствуйте, - учтиво сказал казах.
- Хелло! - ответил человек в купальнике и глупо захихикал. Казах молча пожал плечами и уже развернулся чтобы идти дальше, когда из-за спины донеслось: - ТвОя сьЕстра - шлюха!

Он замер, не веря тому, что услышал. Сестра казаха усилась в Алма-Ате на доктора, ей помогала вся семься, дедушки Акжол и Рустам очень гордились внучкой.

- Простите, что вы сказали? - хрипло спросил казах.
- ТвОя мать - шлюха тожЕ! - все с той же идиотской улыбкой продолжал гомосексуалист.

Казаху показалось, что синее алмаатинское небо упало на землю и больно ударило его по голове. В принципе, он был противником насилия и даже в институте не дрался. Кулак сжался сам собой и нечувствительно соприкоснулся с челюстью усатого гомосексуалиста. Человек в зеленом купальнике упал, на лице его глупая улыбка сменилась ошеломленным выражением, а затем страхом и негодованием.

- Антисьемитизм! - возмущенно крикнул гомосексуалист.

Дедушка Акжол-бий учил, что бить лежачего нехорошо, если только это не эсэсовец, потому что эсэсовцы - здоровые и их лучше бить втроем, особенно если берешь языка. Этот человек эсэсовцем явно не был, поэтому казах ухватил его за купальник, поставил на ноги и неловко, но сильно ударил по носу.

- Вьи не понимать! Я комик! - кричал человек.
- Вижу, что гомик, - пропыхтел казах, во второй раз поднимая незнакомца...

На следующее утро весь мир облетела страшная новость: в Алма-Ате казахским фашистом был зверски избит известный английский комик Саша Барон Коэн...