July 7th, 2014

entertainment

Творцы и творчество, народ и страна... многабукав, короче.

В который раз уж удивляюсь: в какое интересное время живем. It's time of total truth, кейсы на тему морального выбора возникают постоянно и как-то самостоятельно.

Уехал касатик. Отряс прах с усталых ножек.



Сколько лет бытовала дурацкая шутка про Петра Ильича и за что мы его любим и всегда это была просто дурацкая шутка. Сама постановка вопроса была довольно маргинальной: основным заказчиком культурной продукции было государство, а условия контракта между ним и творцом живо напоминали контракты между студией "Дисней" и исполнителями главных ролей детских фильмов: жизнерадостные интервью, здоровый образ жизни, никакого кокса на людях и никаких минетов на общественном пляже. С той разницей, что в отличие от студии "Дисней", Софья Власьевна практиковала для творческой интеллигенции пожизненный найм с неограниченной личной ответственностью. Творец - это звучит гордо, творец должен быть безотказным рупором партии и правительства по всем актуальным вопросам социалистической действительности и примером согражданам во всяком вопросе. У кого с этим плохо, у того плохо и с финансированием. И надо сказать, что даже дурковатая шебутная Пугачева спорить с таким положением вещей не решалась, по мере сил борясь с алкоголизмом и пытаясь хотя бы на публике изображать что-то позитивное.

Collapse ) Талант штука непредсказуемая, достается кому попало и проявляется независимо от воли и вкусов носителя.

Мы ведь, возвращаясь к началу, любим не самого Петра Ильича, мир его праху. Любим-то мы "Лебединое озеро" и "Щелкунчика". А уж кого он там джавахарлал и кто из-за него стрелялся - это его глубоко личные проблемы. Которые много лет назад умерли вместе с ним. А музыка осталась. Пушкин по жизни был персонажем не менее колоритным, даром что вполне гетеросексуальным - но осталось после него не дешевое фрондерство, беспорядочная половая жизнь и хамство в адрес творческих конкурентов. Его застрелили и все эти склоки и интриги умерли там, на Черной Речке. Остались безупречные стихи и проза.

Помрут и нынешние. Кое-что останется и после них.